Поиск материалов

Виртуальный кинозал

Наши странички в соц.сетях

Подписка на новости

"Живое слово" по-болдински

Посвящается Году литературы в России

 

Музей Пушкина всегда открыт гостям Большого Болдино.
Музей Пушкина всегда открыт гостям Большого Болдино.

Музей Пушкина всегда открыт гостям Большого Болдино.

Фильм Юлии Долговой и Михаила Овсейчика «Мама для всех» стал финалистом Х Международного мультимедийного фестиваля «Живое Слово». Фильм вошел в число 9-ти финалистов номинации «Телевидение». Церемония награждения проходила в селе Большое Болдино Нижегородской области, в усадьбе Александра Сергеевича Пушкина. Отрывки из путевого дневника Юлии Долговой.

 

«Мама…» привела в Болдино

Два года подряд подавали заявки на фестиваль «Живое слово». Не побеждали. В этом году вдруг стали финалистами с фильмом «Мама для всех». Как говорят коллеги-телевизионщики, выйти в финал этого конкурса – престижно! Вслед за радостью и пары-тройки отмененных съемок последовало приобретение билетов на простой поезд «Новый Уренгой-Москва». 14 часов, проведенных под стук колес, доставили радость от общения с соседями по плацкарту.

Повар Люба возвращалась с Карского моря в небольшую деревеньку под Тамбовом. Дома работы нет, и для своего шестилетнего сына и престарелой мамы Люба зарабатывает деньги северными вахтами. В далеком краю, где минус 50, она печет хлеб для рабочих – строителей газораспределительной станции…На боковушке в город Владимир ехал дед Валентин. Он сам едва стоял на ногах, но все равно спешил проведать свою старшую сестру, которая уже при смерти. Дед Валентин не скрывал слез, то и дело, вытирал их мятым платком и думал: доеду - не доеду, застану - не застану. «Да… Это интересный поезд», - рассмеялся сосед Анатолий, житель Севастополя, моряк. Он до сих пор пребывал под впечатлением от последних исторических событий, и в деталях рассказывал о «вежливых людях», Украине, заветном постулате «крымнаш», периодически повторяя одну и ту же фразу: «Представляете, мы теперь отмечаем 9 мая!».

- Вы в Дивеево? - спросил таксист, уверенный, что, как гость города, я отправлюсь непременно в Свято-Троицкий Серафимо-Дивеевский монастырь к мощам преподобного Серафима Саровского. Когда узнал, что я собралась в Болдино, усмехнулся: «Так это же деревня!». А мне почему-то хотелось в эту деревню…

 

Поместье – за дипломатию

Я знакома с Пушкиным в рамках школьной программы. Этот тетя у меня знает все его стихи и постоянно цитирует трепетные строки из писем поэта к Наталье Гончаровой. Казалось бы, Пушкин и Пушкин, однако от одного словосочетания Большое Болдино, по мере приближения к нему, почему-то захватывало дух. От Нижнего Новгорода до Болдино – четыре часа. Далековато. На единственной стоянке, где позволили размять ноги, я услышала, как ученики начальной школы высказывали претензии руководителю группы: «И чего это ваш Пушкин забрался в такую даль?»

Поместье Александра Сергеевича Пушкина в Большом Болдине.
Поместье Александра Сергеевича Пушкина в Большом Болдине.

Поместье Александра Сергеевича Пушкина в Большом Болдине.

…Мне повезло. На дворе стояла настоящая Золотая осень. Я ехала и рассуждала: «Ведь эти пейзажи мог видеть Александр Сергеевич. Возможно, воо-н ту старую березу, или привалившийся к ней домишко, который в пушкинскую пору был, скорее всего, добротной избой… Мы сейчас едем на комфортабельных автобусах, а Пушкин спешил в Болдино на лошадях! Боже! И правда, чего же он забрался в такую даль?… Хотя, забрался не он, а его предки. Большое Болдино и все земли в округе на протяжении четырёх веков принадлежали роду поэта. С 1585 года село стало числиться за воеводой Евстафием Михайловичем Пушкиным, который получил его за дипломатические заслуги в качестве поместного владения от Ивана Грозного.

 

Три осени и три дня

Автобус остановился у дорогого гостиничного комплекса «Болдино». Нам, участникам фестиваля «Живое слово», спешно выдали ключи от номеров и пригласили на обед, а потом сразу на экскурсию в усадьбу Пушкина. От гостиницы до усадьбы метров пятьсот, не более, но за эти пятьсот метров увидели столько интересного!: настоящую избушку на курьих ножках у пешеходного перехода, десятка два куриц и одного громкого петух, стог сена, прикрытый сверху целлофаном, женщин в ситцевых платьях, обсуждающих урожай – путь до усадьбы лежал через частный сектор.

"Горбатый" мостик на территории пушкинской усадьбы
"Горбатый" мостик на территории пушкинской усадьбы

"Горбатый" мостик на территории пушкинской усадьбы
Очень удивил до сих пор не снесенный памятник Ленину у болдинского муниципалитета, на котором большими буквами выложены из красного кирпича два слова ДОМ СОВЕТОВ. Вслед идет баннер с теплой надписью: «Болдинцы! Сделаем свое село центром высокой культуры и образцового порядка!». Говорят, село здорово изменилось за последние годы в лучшую сторону.

Вот и усадьба Пушкина. С трепетом ступаю на историческую землю. За века утоптали ее миллионы ног, но все равно иду осторожно, потому что земля эта не простая – пушкинская. В музее вместо бахил нам выдали огромные войлочные тапки, куда мы, не разуваясь, вставили свои туфли, ботинки, кроссовки… Один тапок никак не хотел сидеть на моей правой ноге. Я его то и дело теряла в каждом музейном зале.

…Рукописи под стеклом, картины, диванчик, перо, стол… Это ЕГО стол, а рукописи – НЕ ЕГО. Как нам сказали, заметки выполнены «на бумаге того времени» современным художником, а пушкинские оригиналы где-то под замком. Не особо вникая в слова экскурсовода, в полной уверенности, что «я потом все это прочитаю», глядела в большое окно на уличные события, которые развернулись в честь нас, журналистов из разных регионов.

Мероприятия на пушкинским сказкам
Мероприятия на пушкинским сказкам

Мероприятия на пушкинским сказкам

Мне хотелось туда, где, на освещенной солнцем поляне дети в косоворотках и сарафанах вместе с пушкинскими богатырями перетягивали канат; у огромной Золотой рыбки, выложенной из желто-красных кленовых листьев, фотографировались мамаши с младенцами; юноши примеряли котелки, а барышни чепчики… И я отправилась в народ, где тоже примеряла чепчики и фотографировалась с табличкой «Я ль на свете всех милее?».

Перейдя по Горбатому деревянному мостику на противоположную сторону пруда, я наткнулась на театрализованное представление, «Сказку о попе и работнике его Балде». Все события разворачивались под аккомпанемент миловидной флейтистки. По-моему, мужчинам, гораздо больше хотелось смотреть на нее, нежели на толстого попа. А вокруг лежали огромные кленовые листья. Горы листьев. Я шуршала ими нарочно, вспоминая пушкинское: «И мысли в голове волнуются в отваге, И рифмы легкие навстречу им бегут…». Пушкин провел в Болдине три осени. Я – три дня.

 

Джулиан Генри Лоуэнфельд

Меня поразил один из гостей фестиваля. Это был американец Джулиан Генри Лоуэнфельд. В первый же вечер, со ступеньки усадьбы Александра Сергеевича он читал нам свои стихи. Это были пушкинские произведения, но звучали они из уст Джулиана на английском языке. Звучали проникновенно, до мурашек из уст человека, который родился и вырос в Нью-Йорке, получил юридическое образование в Гарвардском университете, стал успешным адвокатом и вдруг неожиданно для себя открыл русскую речь. Нет, не стихи Пушкина, а для начала песню Булата Окуджавы в исполнении уличного музыканта. Джулиан был ошарашен красотой слов…

Памятник Пушкину в его Болдинской усадьбе
Памятник Пушкину в его Болдинской усадьбе

Памятник Пушкину в его Болдинской усадьбе
Вскоре произошло знакомство с нашим Гением. Джулиан поставил перед собой цель научиться читать Пушкина в подлиннике. Выучил русский язык и стал переводить Александра Сергеевича. Да так целеустремленно, амбициозно, и, главное, точно, что, по мнению специалистов, переводы Бродского и Набокова стали уступать переводам Лоуэнфельда.

- …Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам бог любимой быть другим!

Микрофон усиливал эмоцию и, казалось, что слова американца гремят на все Болдино. Вслед зазвучал авторский перевод знаменитых строк:

- …Yet I loved you so tenderly, so truly,
As God grant by another you may be.

Джулиан Генри Лоуэнфельд
Джулиан Генри Лоуэнфельд

Джулиан Генри Лоуэнфельд
Чувствовалось, что Джулиан был горд точностью своего перевода. «Представляете, - удивлялся он, - Набоков, переводя строчку «Как дай вам бог любимым быть другим», выбросил слово «Бог». Как он мог вообще Бога выбросить? Кто дал ему такое право?»... Говорил он чисто, но с неким неуловимым акцентом, наверное, как Фил из "Интернов".

После встречи мы все расхватали за 500 рублей сборники пушкинских стихов в переводе талантливого американца и отправились на торжественный ужин по поводу встречи. За наш девичий столик, где сидели: Кунгур, Ноябрьск, Томск, Белгород, Курск, подсел и Нью-Йорк.

- Джулиан, а вашу любовь к России и к Пушкину разделяют ваши американские друзья? – спросили мы почти хором.

- Те друзья, которые остались, разделяют, - сказал Джулиан, - Сейчас я большую часть жизни провожу в России. Я продолжаю заниматься переводами, потому что перевел далеко не всего Пушкина, ставлю спектакли. Хочу открыть в Москве свой театр…

Все тут же вспомнили про купленные книги, и потянулись к автору за автографом. Кто-то подписывал книгу шефу, кто-то себе лично, а я попросила автограф для своего 11-летнего Арсения, сказав, что сын изучает английский, и Джулиан написал на своем родном несколько теплых слов: «Арсений, полюби английский язык так же, как мама любит тебя!».

 

Как ОМОНовец стал Прилепиным

Фестиваль – это встречи и мастер-классы. У нас, у телевизионщиков, мастер-класс проводили: режиссер телеканала «Russia Today» Тамара Картошова и легенда отечественной журналистики Светлана Сорокина. Никогда бы не дала Светлане 58 лет. Красивая, уверенная, в яркой синей блузке и огромными коровьими глазами! Честно говоря, мы, участницы конкурса, с умилением отнеслись к критическим замечанием мэтров. У всех у нас за плечами десятки снятых фильмов… И субъективные впечатления москвичей о нашем творчестве не задевали за живое. Если фильм снят так, а не иначе, то он должен был быть снят именно так.

Писатель Захар Прилепин и журналист Юлия Долгова
Писатель Захар Прилепин и журналист Юлия Долгова

Писатель Захар Прилепин и журналист Юлия Долгова
Газетчиков, интенерт-журналистов параллельно «учил» популярный писатель Захар Прилепин. Сегодня его «Обитель» - роман о жизни в Соловецком лагере – популярнее произведений Бориса Акунина и Дины Рубинной... Захар был с нами все 3 фестивальных дня. Он любит пушкинские места, так как вырос на Нижегородской земле. По-модному лысый, стройный, обаятельный, не заносчивый и хорошо говорящий Захар до писательства был ОМОНовцем и вышибалой в ночном клубе…

Час общения с Прилепиным, отведенный по программе, затянулся на два. Захар выдал сначала свой исторический монолог о литературе, а после, отвечал на наши вопросы, порой, не связанные с творчеством. Говорят, сейчас модно слушать живых людей. Это не только модно, это еще очень интересно и познавательно.

- Захар, а вы не удивились сами себе, когда вдруг начали писать? – спросила я.

- Нет, я не удивился. Это ведь не на пустом месте возникло. В детстве читал и Ахматову, и Мандельштама… Папа был историком и приучил к хорошей литературе. К примеру, когда я служил в Чечне, сделал себе над кроватью полочку, куда поставил томик Чехова. Честно говоря, Чехова я себе поставил, став командиром отделения. Если бы я это сделал будучи рядовым, мне бы не сдобровать, - засмеялся Захар.

Литературный критик Михаил Золотоносов на счет «Обители» писал: «Прилепин шел по солженицынской канве… В общем, получился чистенький, умненький роман, в котором нет ничего скандального, существенно нового (после Солженицына) и эксцитативного… Эта книга, как этнографическая экскурсия в Соловецкий лагерь…». На мой взгляд, Прилепина можно уважать уже за то, что ему захотелось это сделать. По его словам, уехав в безлюдное место, чтобы никто не мешал, он изучил 300 книг (!), связанных с Соловками и, когда у него полностью сложилась картина того времени, придумал героев, в основу которых легли реальные персонажи, и написал роман. Не знаю… Вот Вы изучили бы вдруг 300 книг? Я – нет.

 

Диктант – не для писателей

Один из обязательных моментов фестиваля – написание диктанта. Забавно, но писать его стремились не все. Я была поражена, что с диктанта «сбежали» именно писатели, которые по-настоящему издают книги! Большая часть из них – девушки. Я – не писатель, поэтому, отправилась на диктант. Текст был пушкинский. Точнее, состоял из отрывков его произведений.

Танцы пушкинского времени
Танцы пушкинского времени

Танцы пушкинского времени
Написали. Юлия Сафонова – составитель текста – сообщила, что максимум кто-то из нас допустил 3 ошибки. Все-таки, народ пишущий, грех было бы допустить 20 неточностей! В основном, «завалились» все на дополнительном задании. Следовало дать определение словам: «арап», «араб» и «арапник». Никто полноценно, кроме одной участницы, не справился с заданием. Буду говорить про себя.

Про араба написала - «житель африканской республики». Оказывается, правильнее было бы дать формулировку: «Араб – представитель группы народов семитской этноязыковой группы, населяющий государства Ближнего Востока и Северной Африки».

Дальше написала, что «арап – придворный слуга». Согласно словарю Даля, это «негр», «мавр», и лучше, по словам составителей диктанта, было написать: «Арап – плут, мошенник».

С последним словом я совсем «пролетела». Написала: «Арапник – надзиратель над арапами». Эх, какая глупость. Правильная формулировка: «Арапник - длинный охотничий кнут, который применялся в псовой охоте. В настоящее время используется при исполнении цирковых номеров с хищными и крупными животными». Н-да! Теперь я знаю, почему сбежали писатели… Стану писательницей, тоже сбегу, чтоб не стыдно было.

 

Без ордена, но при ухе из щуки

Фестиваль закончился. Самым лучшим из финалистов вручи серебряные ордена ручной работы, выполненные ювелирами-филигранщиками.

Та самая бутыль с болдинской настойкой.
Та самая бутыль с болдинской настойкой.

Та самая бутыль с болдинской настойкой.
Увы, орден нашей Студии не достался. Видимо, до него мы еще не доросли. Спасибо руководителю телевизионного центра «Практика» Нине Зверевой, которая придумала этот фестиваль, с трудом выбивая деньги у чиновников, ради общения на Нижегородской земле журналистов со всей России…

Кто-то скажет: «И это все? Всего лишь писали диктанты и говорили о литературе?» Нет, конечно, в какой-то из вечеров мы танцевали мазурку и полонез, писали стихи о Болдине и читали их без стесненья на весь ресторан. И нас, смешных авторов, слушала сама Ника Симонова, модная сегодня в России, 25-летняя поэтесса, которая на свои произведения снимает клипы, популяризируя новое направление – видеопоэзию.

Также мы ездили на экскурсию в деревню Львовка, что в четырех километрах от Большого Болдино. В Львовке тоже усадьба Пушкина, но не Александра Сергеевича, а его старшего сына, Александра. Местная усадьба превращена в музей пушкинского произведения «Повести Белкинка». В музейных залах воссоздана обстановка героев «Повестей…». Экскурсанты могут видеть, как жил сам Белкин, а как «барышня-крестьянка»…. 

Усадьба во Львовке очень напоминает дом Пушкина в Болдине.
Усадьба во Львовке очень напоминает дом Пушкина в Болдине.

Усадьба во Львовке очень напоминает дом Пушкина в Болдине.

Музей…. – это что… Выйдя из него, мы были приятно удивлены праздничному обеду. Районные власти наварили для нас ухи, напекли пирогов, заготовили трехлитровые бутыли «Пушкинской самогонки», приговаривая: «Пейте, она на травках местных настояна»… И мы пили, точнее, пробовали новый для себя напиток. Пили из бумажных стаканчиков с нанесенными на них пушкинскими рисунками…

И потом вдруг всем стало весело, все стали хохотать, отбирать друг у друга бутыль и фотографироваться с нею, кому как повезет: на фоне усадьбы, леса и даже на фоне микроавтобуса с надписью «Дети»…

А после фотосессии, сбросив обувь, мы с девчонками, сумасшедшими журналистками, бегали босиком по еще зеленой траве, подбрасывая к верху разноцветные кленовые листья, чтобы запечатлеть в движении на чей-нибудь «Nikon» или «Canon» момент кленового водопада. А после снова и снова фотографировались на ступеньках Церковно-приходской школы, построенной на средства пушкинской семьи. Шумели. Громко разговаривали, отчего дикие утки, нехотя оставив пруд, вышли на берег. Они, на правах хозяев территории, нас откровенно обкрякали, и снова отправились в плавание. Ох уж эти гостеприимные районные власти…Ох уж этот напиток на травах…

 

И было утро… И был поезд…

Церковь Пресвятой Богородицы в Болдине.
Церковь Пресвятой Богородицы в Болдине.

Церковь Пресвятой Богородицы в Болдине.
… А на другой день было утро. Встала в 6.00, чтобы до завтрака успеть побродить еще раз по пушкинской усадьбе: скоро отъезд. И в такую рань уже приводилась в порядок территория усадьбы, у памятника Пушкину музейные работники меняли воду в вазонах, а площадку подле памятника натирали дочиста обычной шваброй с наброшенной на нее тряпкой…В 08.00 по Болдину уже разгуливали туристические группы. Мало того, они уже выходили из местной церкви.

И вот, я переступила порог церкви Успения Пресвятой Богородицы с пределами архангела Михаила и святителя Николая. Храм был построен в 1799 году на средства деда поэта, Льва Александровича Пушкина, и в его стенах бывал сам Александр Сергеевич. Здесь есть чудотворная икона «Нечаянная радость». Я поставила несколько свечей. Уже, при выходе из храма увидела, как подтягиваются сюда по одиночке и члены жюри, и остальные собратья по перу…

…До поезда оставалось 6 часов. Мне не хотелось сидеть на вокзале и я, сбросив лакированные «сникерсы», побежала к метро, чтобы проехать одну остановку до Кремля в… сланцах! Боже мной, в желтых сланцах я ходила по центру Нижнего Новгорода. Просто ноги так устали за эти дни, что я не в состоянии была более пребывать на каблуках! Поздним вечером запрыгнула в вагон, на этот раз, фирменного поезда с тем же сообщением «Москва-Новый Уренгой». Люди ехали молча. В дорогом поезде не принято говорить громко и проявлять эмоции.