Потеряшка

Съемки в Серафимо-Алекскквском скиту. Фото Георгия Лашова.
Съемки в Серафимо-Алекскквском скиту. Фото Георгия Лашова.

Съемки в Серафимо-Алекскквском скиту. Фото Георгия Лашова.

(Продолжение. Начало смотрите здесь)

А в 2004-м году я потерялся. 

Это только в очень большой и не очень управляемой компании иногда теряются люди. Зарплату им регулярно выплачивают, но этих людей как бы нет, пока они сами вдруг о себе не напоминают. Уверяю вас, стать «потеряшкой» совсем не страшно, а иногда – очень даже полезно.

В конце зимы 2004 года, моя коллега, находясь в декретном отпуске, работать совсем уже не смогла, и я остался один на нашем огромном телевидении «Кунгур-Информ ТВ». Из четырех рук осталось только две, «телепроизводительность труда» корпункта резко снизилась, и выпуск передач  был временно приостановлен.

Что делать со мной в этом случае, никто не знал.  Пермяки изредка заказывали съемки каких-то значимых событий, да и кунгурские новости моего собственного производства иногда мелькали в областном эфире. А кроме новостей, я в одиночку начал тихонько экспериментировать и с фильмами, благо, что дорожка в документалистику была уже протоптана.  

Как-то в середине весны, будучи в компании по делам, я случайно увидел списки сотрудников компании в «Телешколу Юлия Куна». Меня в тех списках, разумеется, не было. Но отчего бы не поучиться телевизионному мастерству? Руководство телекомпании не возражало, более того, организовало мне комнату в общежитии, и я  временно перебрался в Пермь.

Специалист в делах телевизионных Юлий Юльевич Кун, в прошлом своем оператор CNN, две недели учил нас уму-разуму. Может он вещал какие-то прописные истины, как нелюбезно некоторые в кулуарах о том отзывались, но мне было интересно. Ведь даже самые прописные истины иногда полезно использовать в своей работе. Или хотя бы знать о наличии таковых.

Не желая упускать возможность получения очередной порции критики, я показал мэтру два своих материала. Юлий Юльевич посмотрел их сам, потом показал всем, критиковать не стал, … а вместо этого забрал их оба в качестве образцов интересной работы для показа в своей «школе». Это было для меня полной неожиданностью – ему многие в компании свои работы демонстрировали, но увез он с собой из Перми всего 2 кунгурских материала. 

Так с легкой подачи Юлия Юльевича, для некоторых, далеко не самых последних сотрудников ПТРК «Урал-Информ ТВ» я стал «персоной нон грата». Матерые пермские профессионалы такой выходки то ли от меня, то ли от мэтра никак не ожидали и простить этого не могли. Ему-то ладно, он обратно в Москву укатил, а я-то рядом! 

Меня, и без того затерявшегося в провинциальных околотках компании, перестали замечать «в принципе», отстранили от участия в телевизионных конкурсах, каких бы то ни было, и на учебу больше не приглашали ни разу. Даже съемки стали заказывать гораздо реже, частично освободив меня тем самым от выполнения самых прямых своих должностных обязанностей и подарив кучу свободного времени. Я не обижался и не возражал, и все были довольны.

Единственным человеком, кто остался недоволен сложившейся на телевидении ситуацией, был наш уважаемый Редактор. Ну, разве могло быть иначе? А потому он немедленно организовал работу телевизионной съемочной группы, сам выступая в качестве тележурналиста и страстно мечтая о возобновлении выхода в эфир передач «Кунгур-Информ ТВ». И вот мы вдвоем, теперь уже с редактором радио, приступили к производству телевизионных новостей, которое длилось совсем недолго. Если честно, мы успели сделать только два сюжета, и даже начали третий, про какие-то огурцы для пенсионеров-огородников… но тут вдруг последовала довольно жесткая  реакция Перми на качество работы тележурналиста в материалах. Они же не знали, бедные, что так пишет само местное радийное руководство! Сюжеты в эфир не прошли, невзирая на должность автора, а оскорбленный до глубины души Редактор телевизионных новостей больше никогда не касался. После этого я был практически полностью предоставлен самому себе. 

Это, впрочем, совсем не означает, что я бездельничал или пропадал где-то в гордом одиночестве, нет. На самом деле работать одному довольно сложно. К примеру, сразу возникает необходимость «третей руки», это что бы микрофон подержать во время записи интервью, пока остальные две заняты камерой. И чтоб самому вопросы не задавать - что бы народ в камеру не смотрел. Изредка функцию этой «третьей руки» выполняли «радийщики»  - Светлана Шучалова, Павел Миков и Маша Минеева. Но все они постоянно занимались своими радиопередачами, а потому чаще всего я путешествовал по съемкам со своими знакомыми, друзьями, а иногда - с дочерьми и женой. Словом, менял корреспондентов как перчатки. Пермяки пребывали в некотором недоумении от обилия новых фамилий в конце кунгурских сюжетов, но материалы в новостях прокатывали без особых проблем.

Интервью с главным инженером Кунгурского ТУЭС Александром Яшниковым. Фото Светланы Шучаловой
Интервью с главным инженером Кунгурского ТУЭС Александром Яшниковым. Фото Светланы Шучаловой

Интервью с главным инженером Кунгурского ТУЭС Александром Яшниковым. Фото Светланы Шучаловой

Вольная жизнь «в обнимку» с видеокамерой была насыщена событиями отнюдь незаурядными: мы исследовали карстовые провалы, ползали по скалам, снимая то альпинистов, то спелеологов. Купались в водопадах и гостили на фестивале бардовской песни. Случалось, что летали на парапланах, уничтожали заросли конопли вместе с оперативниками Наркоконроля, тянули со связистами оптику на Белую гору, а потом уже со священнослужителями отправлялись в самые дебри той же Белой горы, где затерялся Серафимо-Алексеевский скит.

В плохую погоду ездить со мной на съемки дураков было мало. В такие дни я вынужден был тупо сидеть в студии и мозолить глаза местному руководству. Вид моей спины руководство тоже не радовал, но зато в это время из старых материалов на свет появлялись всяческие "Секреты жизни" и студийные "Перекрестки" К слову сказать, что фильм о юбилее Кунгурского городского архива возник лишь благодаря затяжному ненастью в виде дождя и мокрого снега. 

Несколько позже все кино-эксперименты того периода побывали в эфире «Кунгур-Информ ТВ», а впоследствии некоторые из них вошли в наш DVD-сборник «Храмы России – ретроспектива». 

В феврале 2005 года мои «искусственные произведения» случайно увидела Татьяна Владимировна Обвинцева, в ту пору специалист отдела PR&GP-проектов компании «Лукойл-Пермь». Увидела, немного удивилась, и предложила поучаствовать в IV корпоративном конкурсе социальных и культурных проектов. Не желая упускать такую возможность, я с превеликим трудом написал первый в своей жизни «лукойловский» проект, а после с замиранием сердца стал ждать результатов.

Продолжение следует.

Начало смотрите здесь: "Рождение монстра", "Лотерея"